Анатолий Усов,

Руководитель Секретариата Председателя Государственной Думы

(2000-2003 гг.), Председатель Центрального штаба Движения «РОССИЯ»

 

СЛОВО О ДРУГЕ

Первые встречи

Мне о Геннадии Николаевиче писать сложно. Слишком велика боль потери близкого мне человека. Друга! 20 лет рука об руку – не шутка! Сколько исколесили по России и по миру вместе, сколько говорено-переговорено в гостиницах, самолетах, кабинетах, у мангала!

Но понимаю, что сказать свое слово об этом удивительном человеке должен. Тем более что мне посчастливилось работать с ним и быть в разных ситуациях много лет.

Первое знакомство с Селезневым произошло еще в те, уже далекие, 80-е, когда он был Главным в «Комсомолке» и по должности являлся членом Бюро ЦК ВЛКСМ, я же заведовал Международным отделом ЦК комсомола. На заседаниях Бюро завы и замы сидели за боковыми столами, а члены, соответственно, за главным столом комсомола, за которым и решались те самые вопросы, которые потом превращались в легенды и песни – будь то БАМ, шефство над Нечерноземьем (та же акция «Комсомолки» «Выбираю деревню на жительство»), «афганцами», вахты Памяти и многое еще что. Тогда же комсомол улавливал первым в стране новые веянья, настроения и направления в экономической и общественно-политической жизни страны. По его инициативе были созданы молодежные жилищно-строительные кооперативы, советы молодых ученых и специалистов, был принят закон о молодежи, предусматривавший социальную защиту государством молодых семей, матерей одиночек, гарантировавший первое рабочее место выпускникам и многое другой (куда все делось?).

Так вот, как мне запомнилось, член Бюро Геннадий Селезнев всегда выражал свое мнение ясно, четко, аргументировано. Часто и материалы «Комсомолки» обсуждались или вызывали споры за этим самым главным столом.

Затем случилась ГКЧП – и пошло и поехало! Многое в жизни изменилось. Кто-то сжигал партийные билеты, резко меняя окраску, кто-то уходил из политики. Селезнев в это время продолжал оставаться коммунистом, но его взгляды на политику партии претерпевали изменения. Он понимал, что старыми методами и лозунгами доверие людей вернуть невозможно. Не раз высказывался и в прессе, и на партийных мероприятиях за обновление партии. Не всем в партийном руководстве это нравилось…

 

В 1996 году Селезнев, видимо, учитывая мой молодежно-международный опыт, пригласил меня на работу в Управление межпарламентских связей Госдумы. В Думе я занимался связями с парламентами стран СНГ и Балтии, Межпарламентской ассамблеей стран СНГ. Тогда же в составе комиссии работал над созданием Парламентского Собрания Союза Беларуси и России. Поскольку Геннадий Николаевич являлся инициатором его создания, мои контакты с ним стали более активными, и мы лучше узнали друг друга.

 

Сразу после избрания на второй председательский срок в Госдуме, он предложил мне возглавить Секретариат Председателя, в который входили  высококвалифицированные и опытные работники: ученые, военные, журналисты, юристы, дипломаты.

Геннадий Николаевич встал из-за своего рабочего стола в кабинете на 6-м этаже Госдумы, пожал руку, усадил в кресло перед небольшим журнальным столиком:

- Ну, как ты смотришь на предложение поработать вместе? 

- Спасибо за доверие.

С того времени и до последних его дней мы уже шли по жизни рука об руку.

Но на сердце осталась зарубка: я не смог с ним попрощаться. Настолько тяжело и стремительно развивалась его болезнь.

 

Два Селезнева. Мягкий человек со стальным характером

Чем больше я узнавал Геннадия Николаевича, тем явственней различал в нем двух Селезневых. Один – мягкий, добрый чуткий, внимательный, сопереживающий, компромиссный человек, другой – твердый, принципиальный, непримиримый, убежденный, воинствующий.

Первого знали многие, второго – наделенные властью, принимающие, по его мнению, антинародные законы и решения, корыстные и  угодливые. Для него в жизни была  красная черта, которую он никогда не позволял себе переходить ради достижения политических или личных выгод. Эта черта – порядочность.  Несмотря на мягкий характер, внимательное отношение к людям, внутри у него был некий стальной стержень, на который нанизаны его жизненные принципы, и которым он не изменял всю жизнь.

…Селезнев достаточно крупный мужчина, с добрыми внимательными глазами. Где бы он ни появлялся, как-то само собой, оказывался в центре внимания всех. Может быть, аура такая, энергетика. В разговорах с ним приходилось все время быть собранным, внимательно следить за ходом его мыслей. Он не выдерживал многословия (его рабочее время было спрессовано и событийно наполнено). Казалось, что после первых произнесенных тобой слов, он уже знал, что ты будешь говорить дальше. Поэтому приходилось в разговорах с ним мысли выражать лаконично, говорить четко, быстро и о главном.

Одно из его замечательных качеств – умение быстро и четко излагать свои мысли, его правильная русская речь. Стенограмму устной речи Селезнева можно было без правок сразу сдавать в печать. 

            Готовясь к тому или иному мероприятию, будь то пресс-коференция, или выступление в зарубежном парламенте, Геннадий Николаевич внимательно прочитывал справочные материалы, и эту информацию запоминал надолго. У него была феноменальная память на лица, имена, даты. Он слышал каждого и весь зал. Всех 450 депутатов он знал по имени-отчеству, что помогало ему в ходе ведения пленарных заседаний Думы. Что же касается пунктуальности – это о нем: «Точность – вежливость королей!».

Честно признаюсь, меня восхищало его желание и стремление выслушать всех, кто бы ни обращался к нему с просьбой или предложением: он терпеливо  объяснял, рассказывал, убеждал. Часто после этого давал поручения своим советникам, разобраться, помочь.

У Геннадия Николаевича был высокий авторитет в международной среде. Он был коммуникабельным, открытым для дискуссий, его знали и уважали многие  зарубежные политики и главы государств.

Вспоминаю эпизод с избранием его заместителем Председателя Парламентской Ассамблеи ОБСЕ. Ассамблея проходила в Бухаресте, и место председателя заранее было закреплено за румыном. Голосование было закрытым, и личный авторитет для избрания многое значил. В ходе тайного голосования Селезнев занял третье место из 10 претендентов (кстати – тоже руководителей европейских парламентов), и был избран на  должность заместителя Председателя, на несколько голосов опередив турецкого представителя.

 

Почему после Госдумы Селезнева не востребовала власть.

Многие люди сегодня справедливо задаются этим вопросом. Здесь ряд причин. Вот как это видится мне.

Руководство страны, Президент В.В.Путин ценили Селезнева за его деловые качества, государственный подход к решению сложных политических и социально-экономических проблем. В подтверждение тому предложение, сделанное Президентом Селезневу стать послом России в Белоруссии. Геннадий Николаевич многое сделал для укрепления и развития всесторонних связей России с Белоруссией, возглавлял Парламентское собрание Союза Беларуси и России, с российской стороны был сопредседателем Комиссии по подготовке Конституционного акта Союзного государства, и вообще любил эту республику и ее народ. Но Геннадий Николаевич не воспользовался этим достойным предложением.

Почему? Прошло всего лишь три месяца с того момента как он в жесткой, но честной борьбе выиграл выборы в Государственную Думу по 209 одномандатному округу в Санкт-Петербурге. Его главным соперником была Ирина Хакамада, которая не раз на встречах с избирателями заявляла: «Вот увидите, Селезнев все равно уйдет из Думы на другую работу. Останетесь без своего депутата».

И в беседе с Президентом Геннадий Николаевич честно сказал, что хотел бы выполнить наказы избирателей, а позже с удовольствием принять подобное или иное предложение... В этом, на мой взгляд, проявилось одно из лучших его качеств –  ответственность перед людьми за данное им обещание. Но многим показалось, что это была его вторая ошибка (первой, как посчитал С.Н.Бабурин, было решение остаться на посту Председателя Госдумы вопреки решению коммунистов). Но не был бы он Селезневым…

Геннадий Николаевич всегда заявлял, что никогда не будет на обочине политической жизни. Стремление активно влиять на ситуацию в стране привело его к решению создать свою общественную организацию, а в последующем и партию. В 2000 году по его инициативе было создано Общероссийское лево-демократическое Движение «Россия» (ныне Общероссийская общественная организация «РОССИЯ»). А через два года 29 октября 2002 года на его базе образована политическая Партия Возрождения России.

Одним словом – Селезнев отправился в самостоятельное плаванье по бурному политическому морю России. Учитывая политические, гражданские и нравственные принципы и качества Геннадия Николаевича, легко понять, что социально-экономическая политика правительства и правящей партии власти стали подпадать под критические стрелы новой  партии, ПВР, как ее называл Лидер – партии 7-й статьи Конституции РФ, провозглашающей Россию социальным государством. Селезнев не умел покритиковывать для приличия, но всегда конкретно и адресно: будь то «монетизация» льгот, пенсионная реформа, плоская шкала подоходных налогов, выборная система и многое другое. И это не могло не вызывать недовольство у многих «единороссов» и госчиновников. Он оставался для них чужим. Соответственно и двери во власть для него были закрыты, и теперь уже – навсегда.

Не раз откровенно беседовали с ним на эту тему. Могу утверждать – несмотря на невостребованность (а в последние годы у него было желание вернуться к государственной или международной службе), антагонизма или обиды на власть или отдельных ее представителей он не проявлял, но искренне переживал и хотел влиять на положение дел в стране, хотел сделать жизнь россиян лучше и достойнее. Хотел и мог бы…

И еще одна причина – его скромность. Президент принимал Геннадия Николаевича и после его ухода из Думы. Как правило, идущие на такую встречу политики готовят просьбы, предложения Президенту. Я каждый раз говорил: «Геннадий Николаевич, пора поговорить о вашей службе на государство». И каждый раз слышал в ответ: «Мне неудобно просить за себя».

В последние годы таких встреч уже не было. То ли окружение Президента побаивалось этого политического тяжеловеса, то ли время изменило многое и многих.

Жизнь после Думы.

Но, и без номенклатурных должностей, будучи Председателем «Партии Возрождения России» и Председателем Общероссийского общественного Движения «РОССИЯ», он вел активную политическую и общественную деятельность. Помогать людям, поддерживать молодые таланты, организовывать  благотворительные акции, социальные мероприятия – было для Геннадия Николаевича потребностью, нормой жизни. Финансировались благотворительные дела, как правило, за счет спонсорских средств бизнесменов и предпринимателей, лично уважавших Геннадия Николаевича, разделявших его взгляды. Этих людей он никогда не называл спонсорами: друзья, коллеги, партнеры. Лишь в единичных случаях поддержка оказывалась государством.

Это было нелегко: искать, убеждать, привлекать. Так финансировались конноспортивные соревнования на призы газеты «Россия», Международный телекинофорум «Вместе», Всероссийский конкурс «Российская династия», еще раньше – направление детей погибших шахтеров в пионерлагеря, ветеранов – в санатории и Дома отдыха и многое другое.

Одним из заметных событий в культурной жизни стал Международный телекинофорум «Вместе» в Ялте. В конкурсной программе Форума принимают участие кинематографисты более 30 стран. Инициатором и бессменным председателем Оргкомитета, его душой и лицом являлся Селезнев. Он вкладывал душу и силы в его организацию. В дни форума проводились встречи известных режиссеров, артистов с жителями Крыма, обязательным было посещение кораблей Черноморского флота, встреча с командным составом и выступление артистов перед моряками. К сожалению,  государство не проявляло должной заинтересованности в поддержке, финансировании и освещении этого значимого события. А, тем не менее, в том, что крымчане единодушно проголосовали за возвращение в состав России, есть и свой, особый, вклад селезневского форума «ВМЕСТЕ».

После проведения XV-го телекинофорума в 2014 году, он в сердцах восклицал: «Все! В последний раз! Надоело!». Но проходило время – он брался за телефон, с кем-то говорил, к кому-то ехал – опять собирал спонсоров. Прошлый, XVI-й, форум он также готовил, как и всегда. И даже, уже лежа на больничной койке, как только самочувствие позволяло, звонил, интересовался, как идет подготовка, переживал. Но открыть форум ему было не суждено…

У меня на полке стоит книга «Не должно быть пасынков у России», в которой повествуется о добрых делах Геннадия Николаевича Селезнева. Мне она дорога еще и вот этой дарственной надписью: "Дорогому Анатолию Дмитриевичу, с которым хотел бы идти по жизни всегда. Г.Селезнев. 6.11.2006 г."

 

 

Мы были, Геннадий Николаевич, и остаемся вместе…

           22.07.15.

(памяти Геннадия Селезнева)

Я не видел на небе солнце,

Хотя оно, как всегда, светило,

Я не замечал женских красивых лиц,

 

Хотя они мне улыбались мило.

Мне долг сегодня вернул должник,

Но я не обрадовался, хотя было бы должно…

Вдруг в небе раздался птицы крик,

 

И все стало тихо и как-то тревожно.

Что-то случилось – сердцем чувствую,

Но умом не могу понять что,

Тот, кто рядом был отсутствует,

 

Оглядываюсь, но не вижу рядом Его.

Ищу высший смысл в этом отсутствии,

Но пустоту ничем не могу заполнить,

Нарушен строй в земном присутствии,

 

И сможет ли кто-то его восполнить?

Меня окликают голоса знакомые

И машут руками живые тени:

«Мы знаем, где тот, кого ты ищешь –

 

Он неба теперь случайный пленник.

Он там, где хулителей не слышен голос,

Результат, где находят усердных молитв,

Где в хрониках только живой образ,

 

И дел, не свершенных прерванный ритм.

Он в песне о доме над вольной Невою,

Он в детском смехе и в красках зари,

Он в сдвинутых кружках друзей за чертою,

В материнской печали и в женской любви».